Определение качества звучания речи.

 

   Если не касаться эстетической оценки произношеия то основными показателями качества речи являются: разборчивость, громкость, естественность. Речь должна быть такой, чтобы слушатель понял все, о чем говорится. В определенной мере это будет зависеть от громкости; желателен такой уровень, при котором разборчивость не потребует напряжения слуха.
   Наконец, естественность звукопередачи позволяет сохранить тембральные и другие индивидуальные особенности голосов.
   Качество звука в первоисточнике (перед микрофоном) определяется содержанием играемого материала, мастерством исполнителя и его индивидуальными данными, а также акустической средой.
   В живой речи человек никогда не складывает трудновыговариваемых фраз. Живую речь отличает простота конструкции, она понятна даже тогда, когда в ней опущены некоторые части предложения.    Однако в письменной речи много сложносочиненных и сложноподчиненных предложений.
Трудные словосочетания в диалоге встречаются и у опытных авторов. Но если это в меньшей мере влияет на восприятие в произведениях для индивидуального чтения, то в пьесах и киносценариях, предназначенных для актерского исполнения, трудные словосочетания недопустимы — каждая фраза должна быть живой, такой, какой она образуется в устной речи. На практике в сценариях мы встречаем такие сочетания слов, что даже хорошо владеющие техникой речи актеры не в состоянии внятно произнести их. Пусть актеру и удастся выговорить неуклюжую, написанную наперекор нормам родного языка фразу, она чаще всего останется непонятной для зрителей; к тому же от их внимания ускользнут и последующие слова.
   Отчетливое восприятие речи зависит от комплекса связей между слушателем и говорящим. Так, например, человек может домыслить нерасслышанное им слово, но для этого структура предложения должна быть подчинена Установившимся языковым нормам. Пренебрежение к привычным фразообразованиям устной речи делает реплики малопонятными или же вовсе неразборчивыми.
Надо с осторожностью пользоваться диалектной речью. В отдельных случаях она и может быть оправдана сюжетом, но нельзя забывать, что для большинства зрителей она останется непонятной.
Иногда режиссеры преднамеренно предлагают актерам невнятно произнести фразу, которая по их замыслу не должна быть расслышана зрителями. Это вызовет лишь раздражение: зрителям покажется, что они пропустят важный смысловой текст.
   Разборчивость речи, или, точнее, понятность, в большой мере страдает из-за скороговорки. Чем быстрее и громче произносят слово, тем сильнее выделяется в нем ударная часть, а звуки предударной или неударной части становятся менее отчетливыми.
При быстром произношении выпадают согласные и не ударные гласные: речь становится «лающей», невнятной.
   Согласных в русском языке гораздо больше, чем гласных, и влияние согласных на понятность слов велико Например, слово «сахар». Удалите из него согласные и вы ничего не поймете, тогда как, выбросив гласные, то понять все же можно.
А неточности произношения гласных и согласных звуков? В том же слове «сахар», несколько изменив согласные получаем слово совсем иного смысла — «пахарь». С гласными же обращение довольно свободное. Слово «медвежонок» часто произносят «мидвижонак» — три гласные изменены, однако понятность слова не пострадала. Важно, что бы четко и ясно была произнесена ударная гласная неударные гласные существенного влияния на разборчивость не оказывают.
Слово «часы» будет понятным, если его произнесут «чесы», и ни с чем не перепутают слово «пята», произнесенного «пита», «пета».
   В своих возражениях некоторые актеры, утрируя четкое произношение каждого отдельного слова, спрашива ют: этого ли от них добиваются? Разумеется, не следует старательно выговаривать каждое слово в отдельности Но надо знать, что помимо словесной внятности существует фразовая разборчивость. Фраза может быть хорошо понятой, даже если какое-либо слово из нее «выскальзывает», но у фразы есть главная, смысловая, ударная часть — она-то и должна быть особенно четкой.
   Мы не ставим целью преподать урок орфоэпии или дикции, но плохое произношение является, пожалуй, главной причиной неразборчивости диалогов в фильмах.
   Иногда актер оправдывает невнятность слов тем, что обращаясь к партнеру, стоящему рядом, он не может его говорить иначе как вполголоса. Что слова обращены к партнёру,— это условность. Все, что произносится с экрана, обращено только к зрителям, ради них и должно восприниматься ими без всякого напряжения слуха.

   Сотрудники съемочной группы, хорошо знакомые с сюжетом и текстом, порой заблуждаются в оценке произношения диалогов; они могут и не заметить невнятностей, тогда как звукооператор должен чутко реагировать на сомнительные места и предвидеть окончательный результат.
   Блеклое произношение но позволит сделать качественную запись: реплики в фонограмме останутся невыразительными, а на фоне музыки и шумов они будут вовсе пропадать.
   По меткому выражению Б. Бабочкина, попав на съемку, актеры мурлыкают текст себе под нос: «Те же самые актеры, которые так хорошо овладели спецификой мурлыканья текста под нос, в жизни говорят не так. Они говорят нормальными и, в общем, довольно громкими голосами. Музыка голосов, которые вы слышите в жизни, на улице, в кафе, в фойе театра и т. д., очень разнообразна и по мелодии и по силе звука. В кинематографе полюбилась одна сила звука — минимальная и одна мелодия — предельно обедненная. Я не думаю, что это правильно и хорошо».
   Не считаю правильным привлечение не профессиональных актеров для исполнения ролей в кино, однако иные из них говорят перед микрофоном внятней, чем кое-кто из дипломированных артистов. Несколько ролей в фильме «Асино счастье» исполняют колхозники и рабочие. Звукозапись проводилась синхронно и полученные фонограммы включены в фильм. Характерно, что речь этих людей звучит с экрана четко и ясно, что же касается достоверности интонаций, то им ее не занимать.

   Способность актера работать перед микрофоном, его «звукогеничность» чрезвычайно важны для качественной звукозаписи речи. Если в самом произношении артиста излишне подчеркнуты зубные и шипящие, слушать его неприятно; если он проглатывает согласные или съедает окончания слов, текст становится неразборчивым, а голос кажется лающим. Шумное дыхание, щелканье и причмокивание раздражают слух. Когда актер не владеет техникой речи, ему не хватает одного запаса дыхания, чтобы произнести всю фразу. Расчленить же ее осмысленно, с тем чтобы «глотнуть» воздуха, не каждый умеет, и тогда часть слов произносится на «издыхании», беззвучно, их невозможно расслышать, находясь даже совсем рядом.
   Иные актеры, выкрикивая, как бы выстреливая, одни слова, «съедают» другие, и тогда из целой фразы до зри телей обрывками доходят только отдельные слова.
Работая перед микрофоном, нельзя допускать очень; большой перепад между громким и тихим. Чтобы придать интонации желаемую образность, вовсе не обязательно, варьировать только силу звука; для этого есть и другие приемы. Повышение актером тона, например, создает впечатление большой громкости, если же понизить тембр даже не изменяя силы звука, голос может показаться более тихим, в то же время реплики будут восприниматься без напряжения. Этот пример отнюдь не исключает возможности форсировать голос, когда того требует сюжет Технические средства позволяют без искажений записывать и крик.
   Ошибочно приписывать микрофону не свойственную ему сверхчувствительность, способность чуть ли не исправлять дефекты дикции. Это не так. Микрофон далек от такого совершенного физиологического инструмента, как ухо, так же, как и объектив от человеческого глаза. В определенных условиях микрофон способен выявлять нюансы но он подчеркивает и дефекты речи, иной раз незаметные при непосредственном слушании. Поэтому за речью, произносимой перед микрофоном, нужно следить, корректировать ее, изменять так, чтобы она была ясной, четкой выразительной.
   Некоторые полагают, что при четком произношении пропадает характерность и что это вообще неприемлемо для киноискусства. Вспомним звуковые фильмы, в которых снимались наши замечательные актеры Москвин Корчагина-Александровская, Турчанинова, Гардин, Мордвинов, Гиацинтова, Андреев, Крючков, Прудкин, Яковлев и другие. Речь этих актеров всегда остается ясной, какую бы роль они ни исполняли. Одно из проявлений актерского мастерства — четкость речевого выражения при coxpaнении характерных черт образа. От исполнителя перед камерой и микрофоном требуется естественная простота, не посредственность и ясность произношения.
   Понятность произносимых в фильме фраз может зависеть и от мотивов связи звука с изображением, от весомости каждого из них. Бывает так, что фонограмма воспроизводит фразу четко, и тем не менее при демонстрации фильма она пропадает для слуха аудитории. Оказывается, произносимые с экрана слова «заглушены» силой зрительного образа, всецело поглотившего внимание зрителей. В одном видовом фильме актер читал пояснительный текст безукоризненно, но частая смена эффектных кадров — изумительные пейзажи сменялись причудливыми сооружениями храмов, а те уступали место кадрам с диковинными плясками — отвлекала внимание от текста и многое оставалось недослышанным. Это не удивительно, ведь и в реальной жизни сосредоточенно разглядывая какую-либо деталь, поглотившую все ваше внимание, вы часто не разбираете слов, обращенных к вам, и просите повторить сказанное. Но в зрительном зале обратиться с такой просьбой не к кому. Следовательно, важен и выбор места, на которое должен «лечь» текст. Это в первую очередь касается слов от автора, дикторских текстов и внутренних монологов.
   Понять смысл сказанных слов помогает человеку и зрение. Не случайно бывают неразборчивы дублированные фильмы — это результат несовпадения артикуляции на экране со словами, которые мы слышим. Принцип укладки, признающий только два положения рта говорящего: смыкание и размыкание, иногда вносит путаницу в восприятие; иная фонограмма становится разборчивей, если ее слушать, не глядя на экран.
   Определенное влияние на понятность речи в дублированных фильмах оказывает пренебрежение к привычным нормам фразообразования, когда, стремясь к формальной синхронности, забывают о конструкции фразы.
   В фильме почти всегда покажутся неразборчивыми иносказания, слова, вымолвленные невзначай, не имеющие прямого отношения к сюжету. Этакие словечки-паразиты. Связь между замыслом, воплощением и зрительским восприятием — проблема обширная и сложная, но, коснувшись понятности речи в кинофильмах, хочется заметить, что фильм делается для миллионов зрителей и авторы не имеют права ссылаться на то, что им в фильме все понятно... Те кто делает фильм, должны заботиться о восприятии, доходчивости и понятности для аудитории всего, что происходит на экране.

 

   Контролируя качество звукопередачи, выявляют, отвечает ли звуковая перспектива зрительному образу и сюжету— близко, далеко или средним планом слышится звук. Судить надо не только о соответствии акустического эффекта зрительному содержанию конкретного эпизода, но и о связи с характером предыдущих и последующих кадров, примыкающих к данному отрывку.
   Слушая звук во время записи первичной фонограммы, оценивая его качество, звукооператор должен себе представлять конечный результат в готовом фильме. Необходи мо также учитывать, что каждое последующее звено технологического процесса — перезапись, копирование тиражирование и, наконец, воспроизведение фильма в кинотеатре — чревато издержками качества, поэтому звук в натуре перед микрофоном и в первичной фонограмме должен быть добротным.

 

Л. Трахтенберг